История дома Дом Таргариен

Задолго до того, как они стали править Вестеросом, Таргариены были одним семейством повелителей драконов среди сорока в Вольноземье Валирии — и не из величайших. Их удача переменилась из-за сна. Дейенис, прозванная Сновидицей, провидела Рок, что поглотит Валирию огнём и разрушением, и её отец Эйенар Изгнанник внял ей, продал свои владения и перенёс дом и своих драконов на угрюмый вулканический остров Драконий Камень, у устья Черноводного залива. Прочие повелители драконов назвали его трусом и сочли глупцом.

Двенадцать лет спустя пришёл Рок. Единым катаклизмом взорвались Четырнадцать Огней, Вольноземье было расколото, его города утоплены или погребены, его повелители драконов сожжены в собственных постелях, и мощнейшая цивилизация, что знал мир, исчезла за один день. Одни лишь Таргариены пережили это, ибо одни они внимали сну девушки. Столетие они держались Драконьего Камня на краю Вестероса, последние повелители драконов во всём мире, покуда пепельные земли востока сотрясал долгий Век Крови, — покуда честолюбивый молодой человек по имени Эйегон не обратил свои лиловые глаза к материку.

Эйегон Таргариен сошёл на берег в устье Черноводной с двумя своими сёстрами-жёнами, Визеньей и Рейенис, тремя драконами и скромным войском — и за два года сделал себя властелином материка, что прежде никогда не был единой державой. Короли Вестероса один за другим узнали, что значат драконы. В Харренхолле король Харрен Чёрный и все его сыновья изжарились внутри мощнейшего замка, что когда-либо был воздвигнут, чьи башни оплыли расплавленным камнем. На Пламенном Поле объединённые войска Простора и запада, пятьдесят пять тысяч сильные, сломались и сгорели перед Балерионом, Вхагар и Мераксес.

Один за другим короли склонялись или гибли. Торрхен Старк сложил корону на Трезубце; Аррены уступили Долину, когда Визенья прокатила мальчика-короля на своём драконе; Талли переменили плащи и были вознесены за это. В конце шесть из семи королевств склонились, и Эйегон был помазан и коронован в Звёздном Септе Староместа, где Верховный Септон выбрал веру, а не огонь. С этой коронации мейстеры считают года — Завоевание есть год первый, и все наши даты падают до или после него.

Один лишь Дорн бросил ему вызов. Эйегон и его сёстры могли жечь дорнийские замки, но так и не смогли покорить дорнийцев, что таяли в своих пустынях и били из засады, и Первая Дорнийская Война тянулась, кровавая и безрезультатная. Королева Рейенис и её дракон Мераксес были потеряны над Хеллхолтом, и гнев Эйегона выжег Дорн без долговечного итога. Он воздвиг Железный Трон из мечей своих побеждённых врагов — тысячи клинков, говорят певцы, — и, если тот никогда не сидел удобно, ни один король, что держал его с тех пор, не отказался бы от него.

Наследники Эйегона удержали трон, но мир, что он выиграл, оказался хрупким. Его сын Эйенис был мягок и нерешителен, и при нём Вера Семерых восстала с оружием — Воинствующая Вера, Сыны Воина и Бедные Братья, что не могли стерпеть королей-драконов, венчающих брата с сестрой вопреки воле богов. Эйенис умер, покуда держава пылала, и трон перешёл к его сводному брату Мейегору.

Мейегор Жестокий ответил Вере огнём и сталью и заслужил каждую букву своего имени. Он сжёг Септ Памяти вместе с его защитниками внутри, предал тысячи верующих мечу и истреблял собственную родню почти так же охотно, как врагов. Он взял шесть жён и не оставил живого наследника, и после шести лет ужаса был найден мёртвым на самом Железном Троне, с его клинками в запястьях, — по своей ли воле или чужой, ни один живущий не скажет. Немногие его оплакали.

Из этого кровавого начала возвысился величайший из королей Таргариенов. Джейехерис I, прозванный Миротворцем, взошёл на трон мальчиком и держал его пятьдесят пять лет, дольше всякого короля до или после. Там, где Мейегор жёг, Джейехерис примирял: он заключил мир с Верой, выиграв её благословение на браки королей-драконов в обмен на роспуск её воинствующих орденов, и навёл в державе порядок, каким не бывало ни при одном правителе. С сестрой-женой, Доброй Королевой Алисанной, подле себя, он строил дороги и гавани, реформировал законы и облетел всю державу — вплоть до Стены, где Алисанна пожаловала Ночному Дозору новые земли.

Но долгая жизнь принесла собственное проклятие: Джейехерис пережил своих наследников, и вопрос преемства впал в сомнение. В 101 году он созвал лордов державы на Великий Совет в Харренхолле, дабы выбрать среди своих потомков, и они обошли линию его внучки в пользу его внука Визериса, — установив своим голосованием, что Железный Трон не переходит по женской линии, если поблизости стоит мужской претендент. Это было роковое решение. Когда Старый Король умер наконец, полный лет и чести, он оставил после себя державу на вершине могущества под своим внуком Визерисом I — и вопрос наследования, что вскоре обратит дракона против дракона.

Визерис I правил золотым полднем династии, тучным и лёгким миром — и посеял семя её худшей катастрофы, назвав дочь Рейениру своей наследницей, а после произведя сыновей от второй жены. Он так и не разрешил это противоречие, и по его смерти в 129 году двор раскололся, точно расщеплённое бревно. Партия королевы, зелёные, короновала его сына Эйегона II в городе; партия принцессы, чёрные, короновала Рейениру на Драконьем Камне. У обеих стороны были драконы, и обе намеревались их использовать.

Война, что певцы назвали Танцем Драконов, стала гибелью дома, что её вёл. Она открылась убийством ребёнка — Кровь и Сыр, посланные убить принца в собственных покоях королевы, — и никогда с тех пор не становилась менее ужасной. Гнездо Ворона, Глотка, штурм Драконьей Ямы обезумевшей толпой: дракон за драконом гибли, иные — друг от друга, покуда твари, что сделали Таргариенов владыками мира, почти не исчезли вовсе. Королевская Гавань пала перед Рейенирой, а затем изгнала её; её скормили живой дракону сводного брата Солнечному Огню, а Эйегона II отравили в свой черёд, и он умер в 131 году.

Кончилось это, как рассказано в другом месте, волком, держащим пепел столицы, и сломленным мальчиком, вознесённым на трон, что никто в действительности не выиграл. Эйегон III принял корону дитятей, преследуемым видениями, что смотрел, как пожирают его мать, и держава перешла в долгое серое правление регентов. Драконы умирали. В его правление последний из них, захиревшая и хворая тварь, умрёт тоже, — и Таргариены впервые в своей истории окажутся повелителями драконов без единого дракона.

Столетие без драконов, что последовало, стало медленным расчётом с тем, чем Таргариены были без своих тварей: семьёй, подобной прочим семьям, пусть странной и вырождающейся, что держит державу законом и привычкой, а не огнём. Были яркие правления и тёмные. Мальчик-король Дейерон I, Юный Дракон, завоевал Дорн мечом и дерзостью в четырнадцать лет и потерял его вместе с жизнью, не дожив до двадцати. Его преемник Бейлор Блаженный правил в благочестии и безрассудстве. А тучный, распутный Эйегон IV, Недостойный, посеял семена столетнего горя, узаконив своих бастардов на смертном одре, — главный среди них Деймон Блэкфайр, коему достался родовой таргариеновский меч и вскоре — честолюбие ему под стать.

Дорн, коего драконы не смогли завоевать, присоединился к державе наконец через брачное ложе: король Дейерон II взял в жёны дорнийскую принцессу Мириа и отдал собственную сестру Принцу Дорна, и так Семь Королевств стали наконец истинно семью, а Дорн сохранил свои законы и свой особый титул правителя. Но узаконенные Блэкфайры терзали династию три поколения. Первое Восстание Блэкфайров залило кровью Рэдграсское Поле; изгнанный Билосталь выковал Золотую Дружину за узким морем, дабы поддерживать войну живой, и восстание за восстанием следовали одно за другим, каждое — свежая рана дому, что медленно истекал остатками старой силы.

Последним актом стала трагедия семейного собственного грезящего. Добросердечный Эйегон V трудился ради простолюдинов вопреки сопротивлению собственных лордов, и близ конца своего правления, в летнем замке Летний Замок, он попытался вновь пробудить драконов из камня. Огонь поглотил чертог, и короля вместе с ним, и из пепла родился принц — Рейегар, что приведёт дом к погибели. Его отец Эйерис II начал правление с надеждой и опустился в безумие, становясь жесточе и подозрительнее с каждым проходящим годом, покуда Неповиновение Дускендейла не сломало в нём что-то навсегда. Когда его сын сбежал с Лианной Старк, безумный король сжёг её отца и брата в своём тронном зале, и держава восстала. Рейегар пал под молотом Роберта на Трезубце; Разграбление Королевской Гавани положило конец династии; а последние драконы — двое перепуганных детей — бежали за море в изгнание.